Неточные совпадения
Не успели глуповцы опомниться от вчерашних событий, как Палеологова, воспользовавшись тем, что помощник градоначальника с своими приспешниками засел в клубе в бостон, [Бостон — карточная игра.] извлекла из ножон шпагу покойного винного пристава и, напоив, для храбрости, троих
солдат из
местной инвалидной команды, вторглась в казначейство.
Без труда склонив на свою сторону четырех
солдат местной инвалидной команды и будучи тайно поддерживаема польскою интригою, эта бездельная проходимица овладела умами почти мгновенно.
[Тут когда-то были Муравьевские копи, в которых добыча угля производилась постовыми
солдатами из разряда штрафованных, то есть была тут своя маленькая каторга; назначало их на работы
местное начальство в наказание «за незначительные, впрочем, преступления» (Мицуль).
Они мне рассказали, что ждут здесь рассмотрения их"промемории"в Палате, что Бейст (первый министр) их обнадеживает, но они ему мало верят. От повинности они желают совсем освободиться, не только не попадать в
солдаты, но даже и в военные санитары. Им хотелось, чтобы я просмотрел их"промеморию". По-немецки они, ни тот, ни другой, не знали, а составлял им
местный венгерский чиновник — "становой", как они его по-своему называли.
И везде, где я находил войска, чувствовалась большая растерянность.
Солдаты из"мобилен", офицеры совсем не внушительного вида, настроение
местных жителей — все это не внушало никакого доверия, и за бедную Французскую республику было обидно и больно.
Отец дал нам свое объяснение таинственного события. По его словам, глупых людей пугал какой-то
местный «гультяй» — поповский племянник, который становился на ходули, драпировался простынями, а на голову надевал горшок с углями, в котором были проделаны отверстия в виде глаз и рта.
Солдат будто бы схватил его снизу за ходули, отчего горшок упал, и из него посыпались угли. Шалун заплатил
солдату за молчание…
А то, что
местное население старается всячески повредить победоносному врагу, устроивает ему изменнические засады, бежит в леса, заранее опустошая и предавая огню все, что стоит на его пути, предательски убивает
солдат и офицеров, словом сказать, совершает все, что дикость и варварство могут внушить ему… тогда как теперь…
Kpасавец-старик, отставной
солдат из кантонистов, родом с Волыни, мать
местная… славная…
В последнее время это особенно ярко выразилось через привлечение граждан в суды в качестве присяжных, в войска в качестве
солдат и в
местное управление, в законодательное собрание в качестве избирателей и представителей.
Народ смышленый, довольно образованный сравнительно с Россией за малыми исключениями, и вообще состояние уравнено: не встречаете большой нищеты. Живут опрятно, дома очень хороши; едят как нельзя лучше. Не забудьте, что край наводняется ссыльными: это зло, но оно не так велико при условиях
местных Сибири, хотя все-таки правительству следовало бы обратить на это внимание. Может быть, оно не может потому улучшить положения ссыльных, чтобы не сделать его приманкою для крепостных и
солдат.
Как только солнце пригрело землю и деревья стали одеваться листвой, молодой Гроссевич, запасшись всем необходимым, отбыл в командировку. Путешествие до поста Владивостока он совершил благополучно. Во Владивостоке
местное начальство назначило в его распоряжение двух
солдат от
местной команды. Тут Гроссевич узнал, что вдоль берега ему придется итти пешком, а все имущество его и продовольствие будут перевозить на лодке, которую он должен был раздобыть сам.
Я из любопытства поехал с ним в
местный военный лазарет на заседание комиссии, которая осматривала
солдат, заявившихся больными.
Армии стояли на зимних квартирах, изнывали в безделье. Шло непрерывное, жестокое пьянство.
Солдаты на последние деньги покупали у китайцев
местную сивуху — ханьшин. Продажа крепких напитков в районе стоянки армий была строго запрещена, китайцев арестовывали, но, конечно, ханьшину было сколько угодно.
Полковнику выданы деньги на удовлетворение
солдат только за проезд по железной дороге, остальное они должны получить у
местного воинского начальника.
Влияние его утвердилось быстро; быстро расширился и круг его действий. Но
местная полиция, поставленная на стороже, благодаря событиям в Польше и Литве, скоро добралась до источника мятежного настроения католических шляхетных околиц Антушевского прихода. Б. как неблагонадежного, в январе 1863 года, выслали на жительство во внутренние губернии России, а в Дворжечно-Антушев было поставлено полторы роты
солдат.
Коса получил известие, без сомнения преувеличенное, о движении команды
солдат в Свиное и счел себя в критическом положении; противник был у него в тылу, ни из Свиного, ни из Кричева не возвращались посланные: тут было уже не до нападения. Оставалось замаскированным обходом, пользуясь
местными холмами, у деревни Горбатки предупредить противника и выйти на дорогу в Красное. Но и тут неудача: со всеми своими стратегическими соображениями пришлось Косе набрести если не на камень, то на фейерверкера Шитенина.
Отпуском меня отсюда не торопились: денег, за которыми я приехал, не было в сборе, — их свозили в губернский город из разных уездов; все это шло довольно медленно, и я этим временем свел здесь несколько очень приятных знакомств; во главе их было семейство хозяина, у которого я пристал с моими двумя присяжными
солдатами, и потом чрезвычайно живой и веселый живописец Лаптев, который занимался в это время роспискою стен и купола
местного собора и жил тут же, рядом со мною, в комнате у того же самого небогатого дворянина Нестерова.